Слов следы остаются в памяти.
Из-за слов, бывает, прощаются.
На козлином сыром пергаменте
Все обиды не помещаются.
Опишите обиды в красках.
Распишите на всех холстах.
Только действуйте не по указке,
Выражая и злобу, и страх.
Прокричите слова все, что злы.
Заводите вы ими толпу.
Ведь в толпе - что ослы, что козлы
Вас поймут, и вашу мечту.
Крови пролито будет немало.
Кто погибнет - вам вовсе не жаль.
А потом быстро все убегали
В рай, в прекрасную добрую даль.
Всё что рты разевало,
Всё что злобу звало,
Всё что символом стало -
Всё забылось, ушло.
И опять призывают мерзавцы
Ненавидеть обидчиков старых.
Тех, умерших давно уже старцев.
И их правнуков годовалых.
Честью, совестью прикрываясь,
Они гордо и прямо, открыто
Себя будущим называют.
Тем что глупо, нещадно, немыто.
И весь мир за них встанет горой.
Кто не с будущим - тот прохиндей.
Но не тот кто воюет - герой.
А лишь кто устоит - иудей.
--
А.Кац и Я
Из-за слов, бывает, прощаются.
На козлином сыром пергаменте
Все обиды не помещаются.
Опишите обиды в красках.
Распишите на всех холстах.
Только действуйте не по указке,
Выражая и злобу, и страх.
Прокричите слова все, что злы.
Заводите вы ими толпу.
Ведь в толпе - что ослы, что козлы
Вас поймут, и вашу мечту.
Крови пролито будет немало.
Кто погибнет - вам вовсе не жаль.
А потом быстро все убегали
В рай, в прекрасную добрую даль.
Всё что рты разевало,
Всё что злобу звало,
Всё что символом стало -
Всё забылось, ушло.
И опять призывают мерзавцы
Ненавидеть обидчиков старых.
Тех, умерших давно уже старцев.
И их правнуков годовалых.
Честью, совестью прикрываясь,
Они гордо и прямо, открыто
Себя будущим называют.
Тем что глупо, нещадно, немыто.
И весь мир за них встанет горой.
Кто не с будущим - тот прохиндей.
Но не тот кто воюет - герой.
А лишь кто устоит - иудей.
--
А.Кац и Я